|
|
Цена по запросу
Запросить цену
«Гармошка» — первый приём, которому учат в оригами, и самый сильный: один лист, серия параллельных сгибов, и плоскость разом становится объёмом и конструкцией — сложенный лист держит форму сам, без каркаса. На этом же приёме построена складка Миуры, которой раскрывают солнечные панели на орбите. Здесь приём взят в чистом виде, без фигуративности: только лист и ритм сгибов.
Стена из одного листа с ровной верхней кромкой. Вода сходит по всей её длине и тут же делится складкой: в долинах собирается в плотные яркие ручьи, на рёбрах растягивается в плёнку — получается полосатый занавес. Пройдите вдоль: шаг полос сжимается и раскрывается, стена то почти сплошная, то просматривается насквозь. На низком вечернем солнце рёбра вспыхивают, а долины остаются тёмными; подсветку по проекту заводят в долины — тогда в темноте светятся именно полосы воды.
Технологически это самая простая вещь коллекции. Раскрой режется лазером из плоского листа, сгибы прямые и параллельные, их набирает листогиб, сварка идёт только по краям. Ни вальцовки, ни двойной кривизны: форма повторяема, второй экземпляр выйдет таким же, как первый. Работа идёт в двух собственных цехах.
Мы не красим. Крашеная нержавейка на улице рано или поздно облезает, поэтому цвет мы берём материалом: кортеновская сталь сама уходит в глубокий красно-рыжий и дальше меняется медленно, чернёная даёт чёрный, латунь — тёплый жёлтый, а нержавейка в зеркальной, сатинированной и пескоструйной отделке даёт три разных светлых тона. Сатинированная отделка ближе всего к бумаге и держит ровный светлый тон, зеркальная собирает в рёбрах небо и сад, пескоструйная гасит блики. Выгорать и облезать в такой палитре нечему.
Про кортен честно: ровного «дошёл и встал» не бывает там, где вода идёт постоянно. В сухой части композиции окисная плёнка густеет и цвет успокаивается; в зоне потока её всё время смывает, и сталь продолжает отдавать рыжий — в том числе на мощение. Поэтому кортен мы ставим в сухие плоскости, а то, что стоит под водой, делаем из нержавейки. Где что — решается на проекте.
Габарит считается под площадку, цена — после проработки: фонтан это инженерное сооружение, а не позиция со склада.
Размер: высота 1200–2500 мм, ширина 1000–3000 мм. Точный габарит, гидравлика, комплектация, срок изготовления и монтаж определяются после технического согласования проекта.
Вечером фонтан становится другим предметом. Днём его держит металл, вечером — свет. Светильники ставятся так, чтобы в сад смотрел не прибор, а светящаяся вода: в нишу у основания, за излив, за плиту — по месту. Каждая падающая струя горит изнутри, кромки металла берут по себе тонкую световую линию, а сад вокруг уходит в темноту.
У этой модели свет ставится снизу и за изливами. Горит сама вода; металл остаётся тёмным и только очерчен по кромкам — форма читается силуэтом, и вечером она строже, чем днём.
Свет бывает тёплый белый и цветной. Тёплый белый выглядит дороже всего и не спорит с металлом; цветной, в том числе со сменой оттенков, берут там, где сама вещь про цвет или где фонтан работает на публику. Вечерний режим включается отдельно от дневного: днём фонтан может идти без света, вечером — со светом. Состав и расстановку светильников закладываем в проект вместе с гидравликой, а не навешиваем потом.
Вопросы и ответы
Что с ней зимой?
На зиму воду сливают, насосную часть снимают и убирают на хранение, чаша остаётся сухой. Сама складчатая стена зимует на площадке: в нашей палитре нет краски, которую срывает мороз, — кортен, чернёная сталь, латунь и нержавейка переносят зиму без укрытия. Порядок консервации расписывается в проекте под конкретную площадку.
Не облезет цвет?
Облезать нечему: мы не красим вообще. Цвет здесь — сам материал, и он в толще, а не на поверхности. Кортен уходит в красно-рыжий и дальше меняется медленно, со временем патина становится ровнее, а не сходит; чернёная сталь даёт чёрный, латунь — тёплый жёлтый, нержавейка в трёх отделках — три светлых тона.
Срок изготовления: по проекту
|
